С 19 июня в Квартире Моисея работает выставка "ВРЕМЯ ПРЕДКОВ", посвященная смерти, усопшим и отношениям с предками в чувашском искусстве. В экспозиции представлено 20 произведений живописи, графики и декоративно-прикладного искусства из собрания ЧГХМ - работы Моисея Спиридонова, Анатолия Миттова, Праски Витти, Станислава Юхтара, Элли Юрьева, Петра Сизова, Николая Егорова, Валентина Федорова и Кузьмы Петрова-Водкина.
Эта волнующая тема вызывает сложные, противоречивые чувства и вызывает немало вопросов: что с человеком происходит потом? исчезнет ли он навсегда, и если нет, то кем станет? какой путь ждет его душу? Каждая культура, каждый народ непременно ищет на них свой ответ, и художники как представители народа отражают это в своих произведениях, вписывают его в представления об устройстве мира.
В рамках выставки речь идет об иконографических традициях изображения усопших (иконы Успения, посмертные портреты известных лиц, посмертные фотографии и похоронные альбомы) и о том, что они дают живым для проживания боли утраты. А также об амбивалентном отношении к умершим – страхе и почитании.
В чувашской культуре, как известно связь с родом и предками всегда играла значительную роль. Издревле они считались посредниками между верхним миром и миром живых, и от них напрямую зависело благополучие рода: плодородие земли, здоровье потомков, продолжение жизни. Но умерших и опасались - боялись, что нашлют тяжкую болезнь, а то и уведут кого-то с собой. А потому требовалось поддерживать с ними добрые отношения: устраивать поминовения, приносить жертвы, молиться.
Поэзию погребального обряда мы видим в произведениях Анатолия Миттова ("Надгробный плач", "Вечер" из серии «Земля наших дедов»), очень точных в плане передачи этнографических особенностей. Прощание с человеком вписано в общий круг жизни как один из важных моментов, обрядов перехода. Работы пронизаны золотистым вечерним светом, полны не разрывающей душу скорби, но тихой печали.
Но в стан предков умерший переходил не сразу, а лишь по прошествии времени и исполнении определенных ритуалов. Этот переход тоже отмечают художники. Образы надгробных столбов «юпа» сначала появляются в творчестве Праски Витти самостоятельно («Старое надгробие») – а затем становятся символами предков-покровителей и присутствуют почти во всех его работах.
Впрочем, предком мог стать не каждый (чуваши верили, что «нечистых» покойников – колдунов и самоубийц – в тот мир не принимают). Отражение этих проблем видно в многочисленных иллюстрациях к поэме «Нарспи» Константина Иванова.
Тему ежегодных праздников, дней поминовения, на которых встречаются живые и умершие, поднимает Станислав Юхтар («Калăм кун», «Танец на углях», «Ночь перед Троицей/Йĕрĕх ҫырми»). В работах разных периодов художник находит для ее раскрытия свои пластические формы - от строгой графичной орнаментальности, почти схематизма 80-90-х до сотворения глубоко живописной, пронизанной метафорами собственной мифологической вселенной в произведениях последних лет.
Праздники, посвященные общению с предками (кăлам кун, симек, кĕр сари) глубоко укоренены в традиции, некоторые и по сей день остаются временем встречи и единения всего рода. Но тема проницаемости границ между "тем" и "этим" миром, неразрывности связи с ушедшими близкими возникает не только в связи с ними. Пьеса Бориса Чиндыкова "Ежевика вдоль плетня" - и эскиз декораций Валентина Федорова к одноименному спектаклю тонко передают состояние щемящей грусти, необратимости, непоправимости - но и глубокой любви между стоящими по разные стороны плетня.
Особое место в экспозиции занимает натюрморт Николая Егорова "Земля дедов". В нем как будто ничего не говорится о предках впрямую, но через сосуды, являющиеся частью поминального обряда, вышедшие из земли, уходящие в землю, художник говорит о родных местах, где на этой памяти строится мир.
Выставка проводится в рамках проекта Единой России - "Культура малой Родины".
Для школьников и студентов доступна Пушкинская карта национального проекта «Семья».
